“Когда мне невмочь пересилить беду, когда подступает отчаяние, я в синий троллейбус сажусь на ходу, последний…” – выстрадал Окуджава. У каждого он свой, троллейбус надежды. Для многих отчаявшихся в борьбе с наркозависимостью таким “последним” стала деревня Симоново Большеулуйского района. Шесть лет назад Ачинская Церковь Прославления “Краеугольный камень” открыла на месте бывшего заброшенного пионерлагеря реабилитационный центр. Приезжают сюда со всей страны и ближнего зарубежья, от Калининграда до Бишкека (есть и бывшие пациенты знаменитого Назаралиева, и даже личности “с дыркой в голове” после операции на мозге по удалению “центра радости”). Сейчас на реабилитации 45 человек – из Омска, Новосибирска, Екатеринбурга, Боготола, Ачинска, Красноярска, Томска, Иркутска, Читы...

Настольная книга.

Свидетельств божественного прикосновения, как сами себя называют бывшие и настоящие обитатели, а в прошлом наркоманы и алкоголики, – сотни. На фотографиях же, развешанных на стенах, – счастливые, какие-то озарённые лица, многие с детьми, есть и свадебные. “Видели бы, знали бы вы, какие это были лица при первом появлении здесь, – тени. Сейчас по ним “угарного” прошлого не угадаешь. И слава Богу”, – с радостью показывали мне “свидетельский” вернисаж сёстры по вере Юля и Альбина.

Исцеление и воскрешение заблудшей души, сломленной пороками, происходит не за счёт медикаментов или каких-то психотерапевтических методов, над которыми тщетно бьётся современная наркология. “Всё чудо в том, что Бог коснулся сердца. Здесь произошло моё новое рождение”, – услышала я от Евгения. Он уже пастор, в центре два года. Появился, как и все, с приличным стажем наркозависимости и сопутствующим набором прегрешений против людей и Бога.

Остров надежды для многих и многих. С ним мы шли по полю, на котором братья и сёстры копали картошку. Навстречу нам какие-то бесконечно добрые улыбки. Всё полевое действо происходило в рамках знакомого по студенчеству сценария сельхозработ – с весёлым подтруниванием друг над другом и сложившимися в дружеском коллективе “приколами”. Ударному темпу не мешали холодный ветер и уже не первый час работы. Вскоре был объявлен чай, и народ потянулся к костру. Там, у котлов с умопомрачительного духа варевом, “колдовали” сёстры Оля и Света. Через две недели срок их реабилитации заканчивается. Но, как сразу сказали, уедут домой в Ачинск и Нижневартовск ненадолго, чтобы вернуться ещё на три месяца служителями – наставниками и помощниками. Это добровольное волеизъявление для них единственно возможное и обязательное после обретения веры, а значит, себя и новой жизни.

Помощником пастыря работает и Олег, ачинец. Более трёх лет назад, перед приходом сюда, это был “чистый” наркоман. А ещё раньше – спортсмен, успешно работавший тренером. Всё зачеркнуло баловство с “травкой”, с которой, сказал, все и начинают, самонадеянно думая, что бросят в любой момент, тем более такой “лёгкий” наркотик… Но лёгких наркотиков не бывает. И редко кому действительно удаётся преодолеть зависимость. “Я счастлив, что теперь свободен от этого. Бог открыл моё сердце, дал любовь”, – говорил он без пафоса, но твёрдо, гоня машину по размытой дождями дороге. Через день после нашего знакомства у него была свадьба. С женой познакомился в церкви. Благословлённый их брак весело отпраздновали и в центре, отгрохав великое театрализованное представление (проблем с талантами и поклонниками здесь нет). Всё свадебное празднество, к слову, прошло без капли спиртного. Курение, мат, алкоголь, не говоря уж о наркотиках, в центре и среди прихожан церкви не только невозможны, но и немыслимы по понятиям. А они зиждятся на нравственной чистоте как краеугольном камне всего сущего. Альбина. Это счастье – слышать Бога и тишину

Не агитка, а слово Божье. …Полтора месяца в центре Альбина из Башкортостана. В 25 лет у неё был восьмилетний героиновый стаж (приличный и у её брата, теперь служителя, Марата). Благосостоятельные и высокопоставленные родители куда только не возили её лечиться – в Питер, Москву, Екатеринбург. Хватало на полгода, причём, говорит, полностью желание не исчезало никогда. Наркомания довела её до астмы, без “дыхалки” не могла пройти по комнате. Теперь – просветлённое лицо, сияющие от радости глаза. В прошлом остались не только наркозависимость, но и астма.

За восстановлением, исцелением и освобождением от всех порочных оков сюда может прийти всякий. Единственное условие – добровольность и желание исцелиться, пусть хоть в размерах тлеющей искры. “Бог не будет делать за тебя того, что ты должен делать сам”, – такой плакат висит в каждой комнате братьев. Общая забота и любовь, искренняя помощь прошедших через это, обращение к Богу помогают в этом чудодейственным образом.

В состоянии ломки приехала сюда Юля из Новосибирска. “Догонялась” ещё в поезде. Без дозы уже не могла существовать. И так шесть лет. “Что вылечусь, освобожусь, – честно говоря, не верила”, – рассказывает милая, с сердечной улыбкой женщина. Я не могу представить её наркоманкой. “А я – свидетельство Божьей любви, – улыбается она, прочитав изумление в моих глазах. – Я приехала, не веря, не понимая. Ершилась, как многие, от гордыни, недоверия. Но также видела, как искренне хотят мне помочь, как молятся за меня те, кто прошёл такую же пропасть, кто жил уже за чертой. И меня заела зависть – я тоже хочу жить в чистоте, я хочу быть свободной, радоваться божьему свету! Я почувствовала, как Бог любит меня, страдает за меня. И мне открылся свет”. Сегодня Юля служительница. Выстраданное, пережитое и обретённое помогает ей найти нужные слова тем, кто так же приезжает “ёршиком”. К ним обращены и слова висящего в каждой комнате плаката: “Пустословие и прошлое в прошлом”.

Сергей. Всё тяжкое – в прошлом В центре распорядок дня строгий – ранний подъём, личная молитва, чтения, ходатайственная молитва (большинство возносят её за своих измученных борьбой родителей и детей), разбор притч, проповедь или библейская школа. После обеда – хозяйственные дела. И снова постижение вечных истин через изучение Библии. Вечера часто проходят, как капустники, “с театром”. Под хохот зрителей артисты изображают себя – бывших блудных сынов и дочерей, смехом очищая своё жизненное пространство. “Какое счастье познать Бога, его любовь и жить в чистой среде”, – слышала я в день знакомства от многих. А уж какая только скверна ими не пройдена…По вечерам эта гитара не отдыхает.

Живут и кормятся реабилитанты со своего подворья – огорода и скотины. Летом построили коровник. В нём корова Апреля и пять бычков. Радуются и свиному поголовью. В отличие от мирской здешняя хрюшка принесла приплод аж в 15 поросят. С народившимся молодняком управляется скотник Сергей. В центре и его жена Екатерина. Появились здесь законченными алкоголиками. И вот почти год. “Возвращаться в город не хочется. Здесь мы нашли себя”, – говорит.

Многие находят здесь и себя, и любовь. Хотя “плотское” – на потом, по окончании срока реабилитации. В этом плане строго – общение брата и сестры наедине запрещено, во избежание искушения. Главное – Бог. Именно он открывает сердца для любви и очищения. Несколько пар нашли друг друга и соединили свои судьбы. Как и пастор центра Алексей. Его жена Юля, бывшая реабилитантка, теперь работает здесь же медсестрой. Этим летом в Симоново поселилась ещё одна семейная пара из бывших реабилитантов. Им от центра купили, или, как здесь принято говорить, благословили дом. Теперь это оплот веры в деревне. Ребятня же деревенская часто наведывается в гости в центр, зная, что там накормят и обогреют душевным теплом.

Урожай новой жизни. С симоновцами вообще отношения ровные, дружеские. Своей веры “мирским” никто не навязывает, как не ратуют вообще и за оголтелый аскетизм. “За эти годы ни одного неприятного случая с центром”, – подтвердила Екатерина Ивановна Королёва, замглавы администрации Большеулуйского района. Представители районной власти бывают здесь часто, со многими реабилитантами и служителями знакомы, так сказать, в эволюции. Радуются вместе каждой личной победе, как здесь называют освобождение от любой зависимости – алкоголя, табака, наркотиков.Работа трудна, но не томит.

В Ачинске по воскресеньям после службы пастырей Алексея Нехороших и Сергея Непомнящих буквально атакуют несчастные родители. Просят служителей-миссионеров “поговорить” с их детьми, пребывающими в тумане наркоты или пьянства. Упрашивают принять в центр своих заблудших чад. Есть те, кто сам приходит, узнав по “цыганской почте” о таком месте.

Сколько же горя и отчаяния вокруг! Сколько несчастья от расхристанности жизни! Сколько дьявольских напастей на молодых! И какое счастье, что есть в море отчаяния берег надежды, от которого отправляются победителями. Так и написано в “дипломе”, который вручается в качестве символического свидетельства избавления и нравственного выздоровления. Такой уж точно не купишь ни за какие деньги и блат, ибо цена ему – спасённая жизнь.

Татьяна АЛЕКСЕЕВИЧ.
Фото Валерия ЗАБОЛОТСКОГО.
“Красноярский рабочий”